АКТУАЛЬНО

Подписаться на RSS

Популярные теги Все теги

"Дачный населенный пункт" - неформальный продукт "дачной реформы" 2019 года

Андрей Давыдов



С 1 января 2019 г. вступил в силу Федеральный закон от 29 июля 2017 г. № 217-ФЗ "О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее по тексту - ФЗ № 217), в соответствии с частью 3 статьи 23 которого садовый дом может быть признан жилым домом, а жилой дом может быть признан садовым домом.

Одновременно вступило в действие и постановление Правительства РФ от 24 декабря 2018 года № 1653, которым установлен "Порядок признания садового дома жилым домом и жилого дома садовым домом".

 

Казалось бы, в результате такой "дачной реформы" граждане, наконец-то, получили возможность легализовать свои всесезонные жилые дома на дачных сотках. Однако, эта медаль имеет и обратную сторону: усиление конфликтности при управлении "территорией ведения гражданами садоводства или огородничества для собственных нужд".

 

Поясним, в чем дело.

 

С одной стороны, ФЗ № 217 устанавливает понятия "садовый земельный участок" и "садовый дом", делая акцент на:

  • временный (сезонный) характер проживания граждан в период ведения садоводства и огородничества для собственных нужд
  • новый вид товарищества собственников недвижимости - "садоводческое или огородническое некоммерческое товарищество" - как форма самоорганизации граждан для решения вопросов управления (т.е. владения, пользования и распоряжения) имуществом общего пользования, в т.ч. за счет упорядоченного сбора членских и целевых взносов.


С другой стороны, ФЗ № 217 хотя и упоминает, но не определяет понятие "жилой дом", тем самым предлагая руководствоваться, например, п.2 ст.16 Жилищного кодекса РФ.

При этом, на собственника жилого дома на управляемой садоводческим некоммерческим товариществом (СНТ) территории, не вступившего в это СНТ, ФЗ № 217 возлагает обязанность вносить "плату за приобретение, создание, содержание имущества общего пользования, текущий и капитальный ремонт объектов капитального строительства, относящихся к имуществу общего пользования и расположенных в границах территории садоводства или огородничества, за услуги и работы товарищества по управлению таким имуществом".

 

Появление на управляемой СНТ территории всесезонных жилых домов с постоянно проживающими в них гражданами фактически создает неформальный продукт "дачной реформы" 2019 года - "дачный населенный пункт", не предусмотренный прямо ни ст.83 Земельного кодекса РФ, ни действующими нормами о поселении ФЗ РФ от 06 октября 2003 года № 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" (далее по тексту - ФЗ № 131).

 

И все бы ничего, но, как указано нами выше, ФЗ № 217 априори отсекает от участия в управлении делами СНТ не только часть домовладельцев (не членов СНТ), но и совершеннолетних членов их семей - в ближайшей перспективе (т.н. "переходный период") по материальным причинам это будет в основном касаться собственников не столько (сезонных) дачных домов, сколько (всесезонных) жилых домов.

При этом, такое ограничение противоречит праву граждан на самоуправление, что прямо предусмотрено нормами ФЗ № 131. Так, например, его ст.27 устанавливает, что :  

  • Территориальное общественное самоуправление может осуществляться в пределах следующих территорий проживания граждан: подъезд многоквартирного жилого дома; многоквартирный жилой дом; группа жилых домов; жилой микрорайон; сельский населенный пункт, не являющийся поселением; иные территории проживания граждан
  • Территориальное общественное самоуправление осуществляется непосредственно населением посредством проведения собраний и конференций граждан, а также посредством создания органов территориального общественного самоуправления
  • Территориальное общественное самоуправление в соответствии с его уставом может являться юридическим лицом и подлежит государственной регистрации в организационно-правовой форме некоммерческой организации
  • Органы территориального общественного самоуправления могут осуществлять хозяйственную деятельность по благоустройству территории, иную хозяйственную деятельность, направленную на удовлетворение социально-бытовых потребностей граждан, проживающих на соответствующей территории, как за счет средств указанных граждан, так и на основании договора между органами территориального общественного самоуправления и органами местного самоуправления с использованием средств местного бюджета.


 

Таким образом, реформа правового статуса домовладений на управляемых СНТ территориях должна была бы сопровождаться соответствующим законодательным изменением и местного самоуправления, направленным на исключение коллизии федеральных норм об управлении гражданами хозяйственной деятельностью на территориях СНТ, а точнее - на исключение самой возможности умаления нормами ФЗ №217 конституционного права граждан на самоуправление (вместо этого законодатель в ст.42 ФЗ № 217 ограничился простой редактурой п.2 ч.7 ст.40 ФЗ № 131 о статусе депутата, члена выборного органа местного самоуправления и выборного должностного лица местного самоуправления применительно к их участию в деятельности СНТ).

 

В этом смысле легализация законодателем понятия "дачный населенный пункт" могла бы позволить усилить контроль государства за справедливым доступом всех жителей управляемой СНТ территории к коммунальным ресурсам (вода, электроэнергия, газ и т.д.) в противовес произволу со стороны СНТ, который, кстати, может состоять всего из семи человек (см. п.6 ст.10 ФЗ № 217).

Так, например, собрание жителей СНТ могло бы в соответствии со ст.27 ФЗ № 131 принять решение об образовании органа территориального ("дачного населенного пункта") общественного самоуправления, который, в свою очередь, мог бы:

  • в альтернативу СНТ заняться обустройством территории "дачного населенного пункта", в т.ч. с последующим взысканием с СНТ затраченных на такое обустройство средств
  • заключить договор с органом местного самоуправления об условиях управления инфраструктурными объектами на территории "дачного населенного пункта"  
  • инициировать процедуру принудительного выкупа общего имущества СНТ (автомобильные дороги, объекты электросетевого хозяйства, водоснабжения, связи и др.) в государственную собственность субъекта РФ или муниципальную собственность (согласно п.6 ч.3 ст.26 ФЗ № 217 такое приобретение сегодня может быть только безвозмездно и лишь по заявлению самого СНТ или всех участников общей долевой собственности на это имущество).


 

Иными словами, образование органа территориального ("дачного населенного пункта") общественного самоуправления нацелено на способствование мерами экономической конкуренции с СНТ повысить качество проживания всех граждан на территории "дачного населенного пункта" и создать условия для последующего обобществления (перехода в государственную/муниципальную собственность) инфраструктурных объектов СНТ.

Необходимо подчеркнуть, что возможность такой конкуренции не умаляет право части жителей "дачного населенного пункта" на управление его инфраструктурными объектами согласно нормам ФЗ № 217 любым из двух правовых режимов: через свое членство в СНТ или непосредственно как участников общей долевой собственности, но при этом не позволяет превратить это управление в уродливую монополию.

 

К слову, законодатель в ФЗ № 217 де-факто признает наличие проблемы конкуренции правовых режимов управления объектами инфраструктуры СНТ, явно отдавая приоритет имущественным интересам граждан (см., например, п.15 ст.54 ФЗ № 217 об установлении пятилетнего срока - до 1 января 2014 года - для решения вопроса о безвозмездной передаче имущества общего пользования СНТ в общедолевую собственность всех собственников земельных участков на управляемой СНТ территории).

Однако, при этом ФЗ № 217 страдает от отсутствия четких правовых последствий и внятного юридического инструмента решения этой проблемы, чему как раз и могла бы способствовать легализация на т.н. "переходный период" понятия "дачный населенный пункт".

«Амнистия» долгов граждан до 100 тысяч рублей и рост страхового рынка

Андрей Давыдов



Реформа исполнительного производства ФССП еще не приобрела четкого системного содержания, но отдельные ее элементы уже вызывают живое обсуждение в СМИ и на уровне экспертов.

 

Например, внесенный в Госдуму законопроект предусматривает существенное – с 25 до 100 тысяч рублей – повышение суммы требований к гражданам-должникам, которые могут предъявляться самими взыскателями в организацию или иному лицу, выплачивающим должнику заработную плату, пенсию, стипендию и иные периодические платежи.

 

Казалось бы, стоит согласиться с инициирующим этот законопроект Правительством РФ, которому «представляется, что такой способ исполнения является наиболее удобным и оперативным для взыскателя

Однако, вызывает недоумение перспектива возможного отказа ФССП от исполнения функций по взысканию с граждан долгов в сумме до 100 тысяч рублей, на что прямо указывается Правительством РФ в тексте пояснительной записки к законопроекту:

  • «Учитывая то, что постановления об обращении взыскания на заработную плату и иные доходы должника составляют значительную часть процессуальных документов, выносимых и направляемых судебными приставами-исполнителями, трудозатраты по указанной категории исполнительных производств с размером взыскиваемой суммы менее ста тысяч рублей представляются неоправданными.»
  • «Реализация законопроекта будет способствовать обеспечению прав граждан на своевременное исполнение требований исполнительного документа, сокращению затрат бюджетных средств, связанных с вынесением судебными приставами-исполнителями процессуальных документов, а также снижению нагрузки на судебных приставов-исполнителей


Таким образом, реализация предложенного Правительством РФ законопроекта приведет взыскателей (организаций и граждан) к необходимости самостоятельно заниматься поиском источников выплат гражданам-должникам.

И если кредиторы-организации еще могут позволить себе такую возможность, то для большинства кредиторов-граждан такой поиск, очевидно, станет непозволительной роскошью - и, в самом деле, как гражданин-взыскатель может быстро и легально получить информацию об организации или ином лице, которые выплачивают гражданину-должнику заработную плату, пенсию, стипендию и иные периодические платежи, чтобы затем предъявить источнику выплат исполнительный документ ?

 

Предложенная Правительством РФ реформа исполнительного производства ФССП может существенно усложнить реализацию имущественных прав кредиторов-граждан - прежде всего, это затронет такие важные сферы гражданского оборота, как возмещение имущественного вреда пострадавшим при ДТП, а также при эксплуатации жилья.

Так, средняя выплата по ОСАГО (величина, близкая к сумме имущественного ущерба при ДТП) в 2018 году составила 64 тысячи рублей. На 65 тысяч рублей тянет и средняя страховая выплата в рядовом для ЖКХ случае – например, при заливе квартиры.

А поскольку далеко не все граждане-причинители имущественного вреда имеют полис ОСАГО или полис страхования гражданской ответственности при эксплуатации недвижимости, можно говорить о фактическом «списании» их задолженности в результате правительственной реформы исполнительного производства ФССП.  

 

Масштаб инициированной Правительством РФ «амнистии» долгов граждан до 100 тысяч рублей указан в пояснительной записке к вышеуказанному законопроекту:

«Остаток исполнительных производств по состоянию на 1 января 2018 г. составлял 26,7 млн. исполнительных производств на сумму 5,5 трлн. руб.

Из указанного остатка исполнительных производств 4,5 млн. исполнительных производств или 16,7% - исполнительные производства с суммами взыскания от 25 тыс. руб. до 100 тыс. руб., в рамках которых по 1,1 млн. исполнительным производствам копии исполнительных документов направлены для удержания по месту получения доходов должниками

 

Однако, снижение бюджетных расходов на содержание ФССП при взыскании с граждан долгов до 100 тысяч рублей может оказаться не единственным и вовсе не самым приятным для государства следствием такой реформы, например:

  • может резко возрасти нагрузка (и, соответственно, бюджетные расходы) на содержание районных (городских) судов - ведь, кредиторам (пострадавшим) теперь придется чаще обращаться с исками к гражданам-должникам в районные (городские) суды, т.к. деятельность мировых судей, рассматривающих имущественные споры до 50 тысяч рублей, утратит свое значение
  • у владельцев транспортных средств возникнет аргументированный соблазн отказаться от приобретения полиса ОСАГО - он не только дорог, но и еще станет почти бесполезен
  • стоимость ОСАГО, КАСКО и других страховых продуктов вырастет, поскольку страховщики будут вынуждены почти сразу списывать на убыток долги граждан в порядке регресса и суброгации до 100 тысяч рублей
  • резко вырастет спрос на услуги коллекторов, что уже сегодня начинает беспокоить наблюдателей в сфере ЖКХ.




При таких обстоятельствах возникает вопрос не о формальном, а о реальном механизме предстоящего урегулирования долгов граждан вследствие причинения вреда до 100 тысяч рублей каждый, оцениваемых примерно в 300 млрд рублей ежегодно, что соответствует 1/3 от объема всего отечественного страхового рынка в 2018 году (без учета страхования жизни).

 

Ответить на этот вопрос в пояснительной записке к своему законопроекту Правительство РФ не потрудилось.

Банк России (как регулятор финансового рынка), кажется, и вовсе не в курсе этой законодательной инициативы Правительства РФ.

 

Между тем, чуть ли не единственным легальным и сравнительно эффективным механизмом защиты имущественных прав кредиторов (организаций и граждан) по требованиям к гражданам-должникам после запуска правительственной реформы исполнительного производства ФССП может остаться лишь страхование (прежде всего - имущества и гражданской ответственности).

 

Однако, не стоит торопиться благодарить Правительство РФ за создаваемый росчерком премьерского пера мощный драйвер развития страхового рынка: рассчитывать на взрывной рост объема отечественного страхового рынка в ближайшие годы, увы, не приходится - участники гражданского оборота еще не осознали в полной мере свои имущественные риски до 100 тысяч рублей, не готова инфраструктура страхового рынка, да, и нормативное регулирование страховой отрасли оставляет желать лучшего.

 

А, значит, мучительный переход от правительственной «амнистии» 100-тысячных долгов граждан к росту страхового рынка, вне сомнений, кредиторам и гражданам-должникам «скрасят» коллекторы и государственные силовики – не случайно прохождение законопроекта курирует Комитет Государственной Думы по безопасности и противодействию коррупции.

Долги за ЖКУ: между стратегией и практикой

Андрей Давыдов



Опубликованный на сайте Центра стратегических разработок 11 октября 2018 года аналитический доклад «Жилищно-коммунальный комплекс: между политикой и экономикой» вызвал острую реакцию экспертов жилищно-коммунального хозяйства (ЖКХ) лишь по одному вопросу: насколько законно введение субсидиарной имущественной ответственности владельцев помещений в многоквартирных домах по долгам своих соседей-неплательщиков за жилищно-коммунальные услуги (ЖКУ) ?

 

Актуальность вопроса, на первый взгляд, не очевидна: согласно данным Росстата, которые приводит сам автор аналитического доклада, «в III квартале 2017 года фактический уровень собираемости платежей населения достиг 95,6%».

С другой стороны, проблема постоянно растущей задолженности за ЖКУ сегодня оценивается в 1,4 трлн рублей, что превышает, например, прогнозируемый на 2018 год объем всего страхового рынка России (почти 1 трлн рублей).

«Вместе с тем, - справедливо указывает автор аналитического доклада, - стоимость и качество жилищно-коммунальных услуг по-прежнему остаются одной из важных тем, волнующих россиян.»

 

Таким образом, вопрос о долгах за ЖКУ является определяющим как для государственной стратегии в сфере ЖКХ, так и для всех, кто на практике сталкивается с оплатой ЖКУ – если долги за ЖКУ минимальны, значит, система ЖКХ настроена и функционирует правильно, в т.ч. в техническом, экономическом, юридическом и социальном значениях этого слова.

 

Однако, стратегическое предложение автора аналитического доклада распределить долги неплательщиков ЖКУ между соседями-собственниками помещений в доме, увы, больше напоминает рецепт приготовления философского камня, чем вариант практического решения проблемы.

Например, можно только представить юридический ужас управляющей организации ЖКХ, которой придется подавать в суд не на единичных неплательщиков ЖКУ, а на большинство (!) собственников помещений в доме, привлекаемых к субсидиарной ответственности на основании закона, инициированного Центром стратегических разработок.

Про неизбежный коллапс работы ФССП в этом случае автор аналитического доклада уже сегодня может получить справку в Счетной палате РФ.

 

Вместе с тем, откровенная маниловщина, которой является предложение автора аналитического доклада ввести субсидиарную ответственность добросовестных собственников помещений за соседские долги за ЖКУ, не умаляет ценность некоторых выводов.


Например, трудно не согласиться с автором аналитического доклада, что:


  • «Жители домов оценивают работу жилищных организаций в первую очередь по наблюдаемым улучшениям, таким как ремонт подъездов, лифтов, улучшение благоустройства территории. Кроме того, большое значение в такой оценке имеет реакция на аварийные ситуации и скорость их устранения. Недостаточность доходов для проведения всех необходимых работ по содержанию жилья и желание зарекомендовать себя перед заказчиками может приводить к тому, что управляющие компании используют средства, полученные от жителей на оплату коммунальных услуг, для улучшения состояния дома.»
  • «Ключевым ограничителем в развитии конкурентных отношений в сфере жилой недвижимости играет избыточный административный контроль. В рамках правового регулирования государство пытается компенсировать отсутствие эффективного заказчика на услуги по управлению многоквартирными домами в лице собственников мерами административного контроля со стороны всевозможных контролирующих и инспектирующих органов. По информации управляющих организаций сотни проверок в год стали их рабочей нормой. Управляющие компании отмечают, что непредусмотренные расходы только на устранение последствий этих проверок (например, оспаривание заключений проверок в суде) составляют до 15% доходов и ухудшают финансовое положение организаций.»
  • «В отличие от коммунальных услуг, стоимость жилищных услуг в соответствии с законодательством в общем случае не должна регулироваться органами власти, поскольку эти услуги должны предоставляться на конкурентной основе, а их заказчиками должны выступать собственники помещений в каждом отдельном многоквартирном доме. Таким образом, на вопрос о том, сколько платить за содержание каждого дома, обязаны отвечать сами жильцы.»



Говоря проще, проблема долгов за ЖКУ, во-многом, обусловлена недовольством низким уровнем качества и количества жилищных услуг, которые приходится оплачивать собственникам помещений в многоквартирных домах, что затем неизбежно проецируется на оплату коммунальных услуг (ресурсов).


И здесь снова приходится согласиться с автором аналитического доклада, который обозначает вектор реформы ЖКХ, позволяющим решить проблему долгов за ЖКУ:

«Что делать для изменения ситуации? Стратегическая задача – совершить финансовый маневр без существенного изменения объема финансирования: тратить больше на жилищные услуги и меньше – на коммунальные. ... Это означает реальные конкурсные цены на качественное управление недвижимостью...»

 

Но, как реально добиться улучшения качества и количества жилищных услуг сравнительно быстро и без финансовых вложений со стороны государства ?

 

Ответ на этот вопрос, как представляется, не так сложен и заключается в необходимости реформы существующей «бизнес-модели» управления многоквартирными домами, которая весьма условно предусматривает «кэшбэк» - возврат собственникам помещений части уплаченных ими денег за некачественно и/или неполностью оказанные жилищные услуги.

 

Так, во-первых, сегодня имеющие юридическое значение функции по контролю за качеством и количеством жилищных услуг фактически выполняют не собственники помещений, а государственные жилищные инспекции.


Во-вторых, взыскиваемые с управляющих организаций ЖКХ деньги за некачественно и/или неполностью оказанные жилищные услуги априори направляются в бюджет в виде административных штрафов


В-третьих, судебная практика абстрагируется от оценки доводов должников за ЖКУ о некачественно и/или неполностью оказанных жилищных услугах ввиду действия презумпции: жилищные услуги оказаны должнику качественно и полностью, если иное не подтверждено формально (на практике доступ собственников помещений к таким документам фактически отсутствует).


Таким образом, реформа действующей «бизнес-модели» управления многоквартирными домами должна заключаться в следующем:


  1. обязательный перевод управляющих организаций ЖКХ на ежемесячную отчетность перед советами многоквартирных домов за качество и количество жилищных услуг (см. п.11 ст.162 Жилищного кодекса РФ)
  2. предоставить советам многоквартирных домов право решать: принимать без замечаний или с замечаниями ежемесячные отчеты управляющих организаций ЖКХ о качестве и количестве оказанных жилищных услуг (см. п.п.5 п.5 и п.п.4 п.8 ст.161.1 Жилищного кодекса РФ), которые публикуются в ГИС ЖКХ и, соответственно, получают статус судебного доказательства о качестве и количестве жилищных услуг (Общественная палата и ОНФ обеспечивают информационно-экспертную поддержку советам многоквартирных домов при принятии соответствующих решений, акты о нарушении качества/количества или превышения установленной продолжительности перерыва в оказании жилищных услуг составляются советами многоквартирных домов и по своему усмотрению)
  3. установить, что государственные жилищные инспекции оперативно рассматривают замечания советов многоквартирных домов на ежемесячные отчеты управляющих организаций ЖКХ и определяют размер «кэшбэка» собственникам помещений, который учитывается управляющей организацией ЖКХ в следующем отчетном месяце – соответствующие решения публикуются в ГИС ЖКХ
  4. финансовый уполномоченный получает полномочие на разрешение жалоб председателей советов многоквартирных домов и управляющих организаций ЖКХ на решения государственных жилищных инспекций о «кэшбэке» в пределах трехлетнего срока исковой давности
  5. по мере развития контрольных функций советов многоквартирных домов сокращается практика (и персонал) государственных жилищных инспекций по непосредственному контролю за качеством и количеством жилищных услуг, также сокращается количество налагаемых на управляющие организации ЖКХ вышеуказанных административных штрафов
  6. советы многоквартирных домов и управляющие организации ЖКХ периодически проводят инвентаризацию накопленных долгов за ЖКУ, представляют в государственные жилищные инспекции на утверждение предложения об их урегулировании, решения которых публикуются в ГИС ЖКХ и могут быть обжалованы в судебном порядке.


Реализация предложенной реформы нацелена на создание механизма реального вовлечения собственников помещений многоквартирных домов в процесс управления жильем, что позволит, наконец, сократить долги за ЖКУ, развить конкуренцию в сфере оказания жилищных услуг, а также снизить государственные расходы.

Кому нужен полис ОСАГО

Андрей Давыдов



«Известия» инициировали очередной виток общественной дискуссии о реформе ОСАГО: согласно данным МВД России, «впервые за всю историю ОСАГО резкий спад заключения договоров был зафиксирован в 2015 году. Тогда, по данным ГИБДД, было выписано около 189 тыс. штрафов за это нарушение, в 2016 году этот показатель скакнул до 1,9 млн штрафов. По итогу прошлого года было уже выписано до 2,8 протоколов (+40%).»

 

Однако, указанные «Известиями» причины массового отказа автомобилистов от ОСАГО – дороговизна тарифа и низкое качество страховой услуги – являются, скорее, отражением более масштабного социально-экономического явления, а именно: ощутимое снижение уровня жизни отечественного «среднего класса» в 2015 году как раз после девальвационного валютного скачка в конце 2014 года.

 

В этом смысле само по себе «закручивание гаек», вроде предложения ужесточить штрафы за отсутствие полиса ОСАГО, очевидно, не может кардинально снизить число транспортных средств без ОСАГО с нынешних 3 млн штук – для выправления ситуации требуется адаптация всех участников рынка ОСАГО к новым экономическим условиям в стране.

 

И такой процесс адаптации идет !

 

Так, согласно данным ЦБ России и оценкам ведущих отечественных автостраховщиков за 2017 год:

  • в 2017 году страховщики заключили на 8,3% больше договоров автокаско (3,9 млн против 3,6 млн договоров в 2016 году)
  • рынок страхования автокаско перестал зависеть от рынка новых автомобилей
  • тарифы на полисы классического автокаско имеют тенденцию к снижению
  • страховщики научились оптимизировать расходы на урегулирование страхового возмещения по автокаско.



Все эти факторы указывают, что полис автокаско к началу 2018 года стал не только оптимальным по соотношению цена/качество, но и вполне доступным – прямая противоположность регулируемым государством условиям ОСАГО.

Иными словами, к началу 2018 года на отечественном рынке автострахования сложилась ситуация, когда защита имущественных прав законопослушных автомобилистов обеспечивается уже не ОСАГО, а полисом КАСКО, что, собственно, неуклонно и превращает полис ОСАГО во все менее востребованный «страховой продукт».

 

Однако, снижение экономической привлекательности полиса ОСАГО у автомобилистов – явление временное, обусловленное существующим качеством государственного регулирования, состоянием отечественной экономики и не означающее утраты ОСАГО своего главного социального предназначения: эффективное внесудебное возмещение вреда пострадавшим от источника повышенной опасности, коим является эксплуатация транспортного средства (ст.1079 Гражданского кодекса РФ).  

 

Следовательно, полис ОСАГО нужен государству – прежде всего, как механизм социально-экономической поддержки малообеспеченных граждан-автомобилистов. Ведь, именно они являются той стремительно увеличивающейся в последние три года категорией потребителей, которые отказываются от приобретения «страхового продукта» ОСАГО, не соответствующего предъявляемым к нему потребительским качествам.

 

В таких условиях задача государства как маркетолога - выпустить на рынок такой полис ОСАГО, условия которого бы соответствовали ожиданиям малообеспеченных граждан-автомобилистов и других участников правоотношений в сфере дорожного движения.

В этом значении от государства требуется реформа ОСАГО, предусматривающая:

  1. выделение из этого обязательного вида страхования нового - вмененного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, рассчитанного на тех потребителей, кто способен оплачивать по рыночной цене качественную страховую услугу
  2. признание существующего института ОСАГО социально значимым и, следовательно, требующим государственного субсидирования, для чего необходима федеральная госпрограмма, включающая:
  • критерии участия водителя транспортного средства и автостраховщика в госпрограмме
  • простые и доступные условия оформления, ценообразования, определения страховой суммы и порядка страхового возмещения (например, ввести «коробочный» полис ОСАГО)
  • источники, размеры и региональное распределение госсубсидий на страховое возмещение среди участвующих в госпрограмме автостраховщиков
  • организационные формы и критерии эффективности участия региональных органов власти в реализации госпрограммы.


Только при таких условиях, когда государство деньгами гарантирует минимальное («базовое») страховое покрытие рисков гражданской ответственности владельцев транспортных средств с поправкой на региональные особенности, можно реально воплощать на уровне всей Федерации идеи либерализации тарифов, повышения административных штрафов и других мер государственного принуждения к приобретению полиса ОСАГО.