АКТУАЛЬНО

Подписаться на RSS

Популярные теги Все теги

Адвокатская монополия на судебное представительство как средство государственной гарантии высокого качества и добросовестности юридической помощи

Андрей Давыдов


 

Минюстом России разработан и размещен для общественного обсуждения проект федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»

 

В пояснительной записке к законопроекту указывается, что «законопроект направлен на развитие адвокатуры и профессионализацию на ее основе института судебного представительства, а также на создание условий для консолидации юридической профессии.»

 

Там же разъясняется, что:


  • «Отсутствие правовых механизмов регулирования «неадвокатского» сегмента рынка юридических услуг, единых этических и профессиональных стандартов предоставления юридических услуг, эффективных инструментов привлечения к ответственности недобросовестных консультантов приводит к значительному росту числа случаев предоставления гражданам услуг самого низкого качества»


  • «На сегодняшний день недобросовестная защита нарушенных прав в судах несет в себе наибольшие риски для граждан и организаций, поскольку вынесение судебного акта по конкретному делу на основе некачественной позиции препятствует реализации права на судебную защиту и в отдельных случаях необратимо лишает возможности защитить нарушенное право.»

 

Таким образом, основными задачами разработанного Минюстом законопроекта объявлено восполнение законодательного пробела в части регулирования юридических услуг для борьбы с засильем в судах общей юрисдикции и арбитражных судах недобросовестных представителей с низкой юридической квалификацией.

 

Оставив на совести авторов законопроекта гробовое молчание о действующем в России с 1992 года законе РФ «О защите прав потребителей», на основании которого граждан - потребителей юридических услуг защищает Роспотребнадзор, остановимся на предлагаемых Минюстом мерах борьбы с расплодившимися на поле юридических услуг «безродными вредителями».

 

Собственно, предлагаемых Минюстом мер, по-существу, всего две:


  • «продолжить профессионализацию судебного представительства, установив требование к наличию у судебных представителей статуса адвоката»


  • увеличить долю государства на рынке юридических услуг гражданам и организациям за счет «сотрудников государственных юридических бюро и иных лиц», которые смогут осуществлять судебное представительство без дополнительных квалификационных требований.


Нетрудно заметить, что предлагаемые Минюстом меры фактически являются способом передела рынка юридических услуг в пользу одного участника (и это – вовсе не адвокатское сообщество !), т.е. инструментом его монополизации.  

 

Оставив на совести авторов законопроекта гробовое молчание о действующем в России с 2006 года федеральном законе «О защите конкуренции», напомним, что «монополии очень вредны для развития экономики хотя бы потому, что они устанавливают высокие цены за далеко не всегда качественную продукцию».  

 

Таким образом, законопроект Минюста в предложенном виде неизбежно лишь усугубит распространившиеся низкое качество и недобросовестность юридической помощи вообще и судебного представительства, в частности.

 

Может показаться парадоксальным, но авторы текста законопроекта Минюста, очевидно, прекрасно осознают все вышеуказанные последствия – иначе невозможно объяснить отказ от введения обязательного страхования ответственности адвокатов, юристов и других субъектов оказания юридической помощи за причиненный клиентам имущественный вред в результате профессиональной ошибки, как это сделано законодателем, например, применительно к институту нотариата.

 

Собственно, введение обязательного страхования гражданской ответственности за имущественный вред в результате профессиональной ошибки при оказании юридических услуг и адвокатской помощи – это, пожалуй, главная по своей регуляторной эффективности альтернатива предложенным Минюстом в законопроекте мерам борьбы с недобросовестным и низкоквалифицированным судебным представительством.

 

«ОСАГО» для желающих практиковать дипломированных юристов и адвокатов ?

Вот именно !

 

Несмотря на вышеизложенные проблемы предложенного Минюстом законопроекта, его принятие законодателем в отретушированном виде представляется вполне очевидным, поскольку он направлен на защиту имущественных прав и интересов потребителей юридической помощи соразмерно текущему моменту.

И в этом смысле авторы законопроекта Минюста правы: гражданам и организациям давно пора внимательнее относиться к предложениям судебного представительства, выбирая для этого квалифицированных и добросовестных специалистов.

Доступность правосудия и судебная инфляция

Андрей Давыдов


 

Цифровизация деятельности отечественных судов общей юрисдикции в силу масштабности и сложности задачи ведется уже несколько лет.

 

Так, с 2012 года функционирует автоматизированная система ГАС «Правосудие», в базе данных которой по состоянию на 2019 год хранится более 80 млн дел.

 

В сентябре 2021 года Верховный Суд РФ сообщил, что разрабатывается суперсервис "Правосудие онлайн", который сможет позволить "участникам судопроизводства реализовать в дистанционной форме весь объем процессуальных действий, включая подачу документов в суд, уплату государственной пошлины, ознакомление с материалами дела в электронном виде, участие в судебном заседании посредством веб-конференции и получение судебного акта".

 

В ноябре 2022 года Верховный Суд РФ заявил о возможности расширения сферы применения электронных технологий в судопроизводстве: "вносятся новые предложения о расширении сферы применения электронных технологий в судопроизводстве, в том числе о возможности направления в электронном виде распоряжений, требований, поручений, вызовов и обращений судов".

 

А в феврале 2023 года на ежегодном совещании судей судов общей юрисдикции, военных и арбитражных судов Российской Федерации Президент РФ Владимир Путин сформулировал актуальную правовую повестку, которая должна найти свое решение в процессе цифровизации судов общей юрисдикции:


  • единообразие судебной практики
  • усиление социальной направленности российского правосудия.

 

В результате на совещании в июле 2023 года в Верховном Суде РФ по вопросам доступа граждан к правосудию с использованием цифровых технологий, в том числе развития суперсервиса «Правосудие онлайн», выяснилось, что к моменту запланированного на 2024 год запуска этого суперсервиса он может обрасти множеством дополнительных цифровых функций вроде, например, уже действующего в Мосгорсуде модуля "Интерактивный помощник".

 

В итоге электронный сервис «Правосудие онлайн» к моменту намеченного на 2024 год запуска рискует стать не супер-, а МЕГА-сервисом, нацеленным на совершенствование процессуального законодательства и экономию бюджетных расходов на содержание государственной судебной системы - в котором "внедряются принципы процессуальной экономии, упрощенная, ускоренная формы судопроизводства, сокращаются избыточные судебные процедуры, развиваются институты профессионального представительства и внесудебного порядка урегулирования споров".

 

Как видим, цифровая "доступность правосудия" фактически призвана оптимизировать работу государственной судебной машины (в том числе сделать ее, наконец, удобной для "квалифицированных пользователей") на фоне 100-кратной "судебной инфляции": с 1998 года по 2023 год бюджетные расходы на суды общей юрисдикции выросли с 3 млрд рублей до 304 млрд рублей.

 

Кроме того, цифровое удобство "доступного правосудия" должно способствовать борьбе с другим проявлением "судебной инфляции" - постоянным ростом издержек на оплату услуг профессиональных представителей в судах общей юрисдикции, средняя цена на  которые только за 2021 - 2022 годы увеличилась почти на 50%.

 

Таким образом, до запуска (в 2024 году?) суперсервиса "Правосудие онлайн" доступность правосудия для граждан и организаций по-существу будет реализовываться путем искусственного занижения судами присуждаемых ко взысканию сумм судебных издержек на юридическую помощь.  

 

Так, несмотря на принятие в 2016 году соответствующего постановления, Верховный Суд РФ вынужден постоянно возвращаться к разъяснению вопросов взыскания судебных издержек на юридическую помощь - в первом полугодии текущего года соответствующие материалы содержатся в обоих квартальных обзорах судебной практики № 1 и № 2 Верховного Суда РФ.

 

Обратившись к указанным материалам, нетрудно заметить следующее:



  • во-вторых, Верховный Суд РФ каждый раз констатирует поверхностный и формальный подход нижестоящих судов к рассмотрению споров о взыскании судебных издержек на юридическую помощь, что иногда походит на трагикомичный анекдот:

"В подтверждение несения судебных расходов суду представлены квитанции к приходному кассовому ордеру, из которых следует, что адвокатом приняты от доверителя на основании договора денежные средства.

... Удовлетворяя частично заявление о возмещении расходов на оплату услуг представителя, суды факт исполнения договора не установили и не выяснили, при каких условиях и каким образом отбывающий наказание в исправительном учреждении осужденный произвел расчет с адвокатом".

 

Впрочем, не надо быть провидцем для вывода: до внедрения в работу отечественных судов полноценного искусственного интеллекта приходится рассчитывать лишь на организационно-техническую доступность правосудия для участников судопроизводства (прежде всего - для самих судей), а не на существенное снижение судебной инфляции (включая судебные издержки на квалифицированную юридическую помощь).

 

Но, искусственный интеллект в суде - это уже совсем другая история...